Жрец Хаоса. Книга VIII (СИ) - Борзых М.

— А что же касается замены? — вернулся к академическим вопросам куратор первокурсников.

Прежде чем ответить, начальник службы безопасности старательно подбирал слова, а после плюнул и сказал, как есть:

— Это не совсем замена. Это мы, честно говоря, воспользовались подвернувшейся возможностью.

— Какой именно? — напрягся Владимир Ильич, переставая разделывать следующего угря.

— У парня нет триады. У него один-единственный дар, но работает он не так, как надо. Честно говоря, мы больше надеялись, что в академии смогут отладить работу потенциально очень сильного мага, потому что в его родном учебном заведении от него вешаются и сладить с ним не могут. Может быть, получится здесь. Ну или получится хотя бы природу неправильности вычленить.

— Простолюдин или аристократ?

— Аристократ из обедневших. Я тебе даже досье захватил, чтоб ты хотя бы знал, с чем будешь иметь дело.

— Вот спасибо, друг мой ситный, — кивнул Капелькин. — Вместо одной проблемы водрузите нам на голову другую.

— Уж извини, нельзя было не воспользоваться подобной возможностью. Местное отделение гильдии магов столицу прошениями забросало.

— И всё-таки вы-то здесь причём? — удивился Капелькин. — Вы же к образованию никоим боком. Вы же больше по проблемам в империи.

— В том-то и дело, что сейчас это едва ли не ходячая бомба на ножках. И если мы ничего не сможем сделать, парня, возможно, придётся ликвидировать либо убрать куда-нибудь настолько глубоко, чтобы он не мог никому навредить со всеми вытекающими последствиями. А сам знаешь, что для мага — запретить пользоваться силой — равносильно смерти.

— Знаю, — не стал кривить душой Капелькин. — Ладно, давай сюда досье. Посмотрим, какой подарочек ты мне подкинул.

Глава 10

Полигон мы покинули уже ближе к вечеру. Но у меня в планах стояло ещё одно дело, а именно — пообщаться с Юмэ. У комнаты японки, я встретил сестру, которая с озадаченным выражением лица прислонилась спиной к стене и разглядывала узор на мраморных плитах пола. Она в задумчивости водила пальцем, будто бы воссоздавая некие завитушки в воздухе собственной силой.

— О чём задумалась? — полюбопытствовал я у неё, прежде чем идти беседовать с Юмэ.

Эльза даже вздрогнула от моего вопроса. Магический узор в воздухе рассеялся и лишь после этого сестра перевела на меня взгляд.

— Да вот, напрягает меня некая тенденция среди наших одногруппников. Но чем именно, я не могу понять, — сообщила мне сестра.

— Так и чего же я такого не замечаю, моя дорогая Эльза, что вдруг повергло тебя в подобное состояние?

Как я привык доверять собственным предчувствиям, так и озабоченности сестры я тоже уделял должное внимание. Если уж довольно сильный лекарь вдруг замечает что-то неправильное в тех людях, с которыми мы бок о бок проводим едва ли не полдня, а она и почти весь день в академии, — хотелось бы знать, чем это может для нас аукнуться.

— Понимаешь, я же лекарь, и нас постоянно натаскивают замечать изменения в организмах окружающих нас людей. Вольно или невольно я уже привыкла сканировать тебя и бабушку, иногда исподтишка, когда вы чем-то заняты. Мне так спокойней. Возможно, это некая тревожность проснулась в связи с вашими магическими изменениями. У бабушки исчез источник, а у тебя он окаменел, и в какой-то мере я чувствую себя ответственной отслеживать состояние вашего здоровья, чтобы вовремя предупредить об его изменениях и можно было успеть что-то предпринять. Но эта привычка, да и в принципе обучение лекарскому делу, невольно распространилось не только на вас, но и на наших одногруппников. Приходя в аудиторию, я умудряюсь окинуть взглядом всю нашу честную компанию. И вот уже пару дней замечаю изменения в состоянии здоровья некоторых студентов.

— Я так подозреваю, что речь идёт о простолюдинах, о наших самородках, — на всякий случай уточнил я.

Как ни прискорбно, но я подспудно ожидал каких-то подлянок от дворян. И даже присмиревший Воронов никоим образом не внушал мне доверия. Конечно, вряд ли самородков могли толпой бить, этого бы не позволили. Но мне ли не знать, насколько могли быть изощрёнными в своих «шутках» дворяне, особенно привыкшие к собственной безнаказанности. Тот же Солнцев-младший был прекрасным тому примером.

— Так в том-то и дело, — возразила Эльза, — что изменения состояния здоровья есть не только у простолюдинов, но и среди дворян.

«Неужто моя теория про драки в тёмную оказалась верна?» — подумалось мне, но вслух я спросил совершенно иное:

— Что именно ты заметила? У кого-то есть некие травмы, внутренние повреждения, что-то подобное?

— Нет. Я видела последствия вмешательства лекарей. И мне даже кажется, что я узнала почерк силы одного из ребят, которые обучаются в академии на более старших курсах.

— Тебе кажется или ты уверена?

— Полной уверенности нет, — возразила Эльза.

— Но что-то же тебя зацепило? Возможно, парень договорился на них за определённую плату отрабатывать некие лекарские конструкты, — принялся перечислять я. — Возможно, ребята сами заплатили ему энную сумму за то, чтобы он их лечил. Ведь оказание услуг не возбраняется в академии. К тебе, кстати, приходили с подобными предложениями?

Эльза лишь покачала головой.

— Я первокурсница, вряд ли ко мне кто-то решится подойти с подобным вопросом.

— Не скажи, ведь ты же сдала квалификационный экзамен и подтвердила компетенцию младшего лекарского персонала, потому вполне могут.

— Нет, ко мне с подобными предложениями не подходили. Но сам факт того, что одновременно подобные изменения происходят и у дворян, и у наших самородков, меня почему-то смущает.

— Скольких, — поинтересовался я, — скольких ты заметила с подобными вмешательствами за два дня?

— Восьмерых. Трое дворян, пятеро самородков.

— Лечат хоть качественно? — спросил я. — Может у тебя приступ аккуратности, или комплекс отличницы включился? Именно поэтому ты заметила некие несоответствия?

Эльза всерьёз задумалась над моими последними словами, но спустя несколько секунд ответила:

— Я бы сделала лучше, но огрехи там невелики. Со временем здоровый организм сам выправит. Либо соответствующая лечебная алхимия поможет.

Я же про себя подумал:

«За два дня восемь человек — это многовато, с учётом отсутствия каких-либо боевых или спортивных занятий».

— Фамилии написать сможешь? — спросил у сестры.

— Я не всех ещё успела изучить за эти несколько дней, но постараюсь, — кивнула Эльза. — А что, есть некие мысли?

— У нас у всех индивидуальные занятия магией с наставниками. Уточню у Капелькина, он точно должен знать, если на занятия к студентам вызывали лекарей.

— Логично, — вынуждена была признать Эльза. — Похоже, я просто ищу чёрную кошку в тёмной комнате.

«Но это не значит, что её там нет», — мысленно добавил я про себя.

— Если список завтра пополнится, скажи, — попросил я сестру.

— Хорошо, — кивнула Эльза и направилась к себе писать список.

Тем временем я вошёл в комнату к Юмэ. Та уже полностью оправилась и взирала на меня с некоторой опаской. А ещё теперь это был взгляд ни разу не молоденькой кицунэ: на меня смотрела сущность старше Юмэ в сотни, если не в тысячи раз. И эта сущность явно меня опасалась. Как я это понял? По дымке страха, исходящей от неё. Она была практически осязаема и тянулась в мою сторону, словно ластилась. Да, никогда не думал, что страх может ощущаться на языке как некая сладость и пьянить не хуже алкоголя. Неожиданное открытие.

— Вижу, госпожа Юмэ Кагэро, вы вспомнили свою прошлую жизнь. Или вас теперь нужно называть Инари? — обратился я к кицунэ, присаживаясь на одно из кресел, стоящих у постели японки.

Даже при звуках своего второго имени она вздрогнула и чуть отпрянула от меня. Но это было скорее показное выражение страха. На самом деле боялась она куда сильнее, хоть и старалась скрыть это, ломая комедию.

— У многих из нас, да и у тебя тоже, множество имён. Если я знаю, каким образом оборвалась моя прошлая жизнь, то даже не представляю, что должно было произойти, чтобы твоя оборвалась. Хотя мало ли нелепых случайностей на свете. Возможно, ты просто тоже недооценил собственного соперника, как и я в своё время.