Мой бывший дракон — предатель (СИ) - Ачалова Тала

Мы вновь поднимаемся к дочке. И не нужно быть лекарем, чтобы увидеть: за прошедшие полчаса ей стало заметно лучше. Жар спал, дыхание стало ровным.

— Она идет на поправку, кажется, — треснувшим голосом произношу я. Говорю, и будто сама себе не верю.

— Так и должно быть, — твердо соглашается Джейден.

Я даю Софии воды, и она, сделав жадные глотки, вновь проваливается в сон.

— Мне пора, — прощается Джейден. — И вам, Энни, нужно поспать. С Софией всё будет хорошо.

Его слова оказываются пророческими. Уже на следующим утром София чувствует себя гораздо лучше. А через пару дней о болезни напоминает разве что ее бледное личико.

— Нам стоит подышать свежим воздухом, — предлагаю дочке за завтраком.

— Поедем к мистеру Джейдену и лошадкам? — хлопает в ладоши София и на ее лице расцветает улыбка.

— Для занятий пока рано, — замечаю я, и улыбка Софи гаснет. — Пока ограничимся садом, но как только к тебе вернутся силы, мы обязательно продолжим занятия.

Такой ответ нравится Софии, и она c удовольствием продолжает отправлять ложку за ложкой кашу в рот.

Меня же поглощает бурный поток собственных мыслей.

Теперь, когда София идет на поправку, я могу думать о чем-то другом. Вернее, если быть до конца честной с самой собой: о ком-то.

Об одном человеке, чье внезапное появление в нашей жизни изменило ее плавное течение.

Мне кажется, в нашу последнюю встречу что-то изменилось в наших отношениях с Джейденом, словно между нами протянулась невидимая нить. И хотя мы не виделись с той ночи, эта уверенность поселилась во мне.

Будто мы приоткрыли двери и заглянули в души друг друга. И как быть дальше?

Внутреннее чутье подсказывает мне, что наша следующая встреча может стать… судьбоносной. И оно меня не подводит.

34

Когда мы спустя неделю встречаемся вновь, солнце клонится к горизонту, окрашивая небо в багряные и золотые, словно расплавленное золото, тона.

Джейден ждет нас у калитки своего поместья, его силуэт вырисовывается на фоне пылающего заката. В этих краях закат всегда ранний. Так и сейчас: на часах всего лишь шесть вечера.

Встретившись взглядом с Джейденом, я чувствую, как между нами вспыхивает искра, яркая и неуловимая, словно первый луч утренней звезды.

София, увидев любимых лошадок, с радостным визгом бежит вперед, словно выпущенная из клетки птица.

Джейден с улыбкой наблюдает за ней, и я замечаю, как тепло его взгляда окутывает мою дочь, словно мягкий плед.

В этот момент я понимаю, что между нами возникла не просто симпатия, но и нечто большее — искренняя забота и участие в жизни друг друга.

— Я рад, что София быстро пошла на поправку, — после положенных приветствий Джейден первым заводит разговор.

— После того лекарства, что принесли Вы, ей действительно быстро стало лучше. Спасибо, Джейден. Еще раз.

Говорю это честно и от души, завороженно наблюдая, как лучики тепла затапливают его глаза.

Он кажется таким искренним, честным в своих словах и действиях, что кажется любые мои подозрения развеиваются.

Впервые за долгое время хочется верить и дышать полной грудью.

Все наконец-то хорошо. Так, как и должно быть: София здорова. Мы в безопасности.

И даже то, что сегодняшняя тренировка для Софии оказывается не слишком удачной, не сильно выбивает из колеи.

— Так бывает, — поясняет Джейден, стараясь подбодрить дочку. — Ты болела, немного выпала из формы. А животные все чувствуют. Наберешь форму через пару занятий.

София кивает, но я вижу, что она все еще подавлена.

— Давай прогуляемся до кафетерия, — предлагаю, несмотря на то, что солнце уже почти скрылось за горизонтом.

Вокруг нас зажигаются магические фонарики, желтые и зеленые, и их мягкий свет отражается в глазах Софии.

Дочка кивает в ответ на мое предложение и вкладывает свою ладошку в мою. Оборачивается, чтобы попрощаться с Джейденом, но он ее опережает:

— Позвольте, я провожу вас. Время хоть и не позднее, но на улице уже достаточно темно.

Я хочу было возразить, но тотчас же останавливаю себя.

От слов Джейдена вдруг становится будто теплее внутри. Я позволяю этому теплу просочиться внутрь и слегка потревожить твердую корку, которой покрылось мое сердце, сердце, в котором долгие годы не было места никому, кроме Софии — до этого момента.

Пусть не сразу, но возможно…

Мысль, как робкий подснежник, пробивается сквозь снег. Даже мысленно мне страшно озвучить ее. Возможно, я смогу когда-то снова… если не полюбить, то хотя бы почувствовать симпатию.

После той боли, что казалось, разорвала мое сердце в клочья, прошло столько лет. И я думала, что уже никто не способен коснуться струн моей души.

Как вдруг появился Джейден… Простой и понятный. Теплый и открытый, как летний день. Так почему бы не допустить хотя бы возможность? Дать нам маленький шанс?

Я улыбаюсь: то ли своим мыслям, то ли Джейдену. Не столь важно. Он понимает все верно. И мы неспешно направляемся к центру города, который купается в ярком свете фонарей и вывесок.

Городок у подножия гор небольшой, но очень колоритный и уютный. Каждый уголок узенькой улочки будто пропитан историей этого места.

Семья Пилигримов издавна занимается ловлей горного лосося, и потому рыба в их лавке всегда свежа и высшего качества.

Мадам Помфри — швея в десятом поколении, ее наряды хоть и не отличаются богатством и разнообразием тканей, но по крою не уступают тем, что делают лучшие модистки столицы.

Все это невзначай рассказывает Джейден, тем самым скрашивая наш путь.

Мы заходим в кафетерий миссис Джейн, где по заверениям мужчины лучшие пирожные и какао в городке.

И само собой получается, что Джейден остается с нами. Присаживается за столик у окна. Так, будто мы вовсе не чужие люди.

Время с ним пролетает незаметно.

Когда мы выходим из кафе, город уже полностью купается в ночных сумерках. Воздух в предгорье упоительно свеж и чист. Его хочется вдыхать, насыщая им легкие.

— Я поймаю вам экипаж, — голос Джейдена окутывает нас заботой, — уже слишком поздно для прогулок.

Легкий взмах его руки, и перед нами останавливается открытая коляска, запряженная вороным конем, который раздувает ноздри и громко фыркает.

Воздух вокруг нам едва уловимо меняется, будто опускается на пару градусов, резко холодает. Темнота сгущается.

Я толком не успеваю понять, что происходит.

Как в этот самый момент рука Софии выскальзывает из моей.

Дочка, которая буквально секунду назад стояла рядом со мной, исчезает.

Растворяется в темноте студеного вечера.

Один взмах моих ресниц — и передо мной уже не маленькая темноволосая девочка, а… дракон!

Самый что ни на есть настоящий, хоть и небольшой, зверь, в которого превратилась София.

Моя. Дочь. Превратилась. В дракона!

Пока я пытаюсь уложить эту мысль в голове, дракончик времени не теряет. Расправляет крылья и взмывает вверх.

Я успеваю выхватить ее взгляд — полный страха и отчаяния — перед тем, как силуэт дракончика начинает стремительно исчезать, растворяясь в ночном небе, усыпанном сотнями звезд.

Я делаю нелепый взмах руками, будто пытаясь поймать улетающую дочку.

— София! — кричу ей вслед и наконец отмираю. Срываюсь с места и бегу следом.

Вот только человеку не под силу догнать дракона, пусть даже и маленького. Мы не умеем летать.

35

Я впервые ощущаю ледяной ужас бессилия, сковывающий меня по рукам и ногам. В голове лишь пустая, звенящая гулкость, ни единой мысли, подсказки, как исправить ситуацию.

Мне остается одно: бежать, беспомощно задрав лицо к черному полотну неба, где тают последние штрихи силуэта дракончика. Мимолетные секунды, и София превращается в еле различимую точку…

«Только бы не потерять ее! Не сейчас…» — бьется в голове отчаянная мысль.

Внезапный порыв ветра едва не сбивает меня с ног, обжигает кожу холодом под тонкой тканью платья. Я оборачиваюсь и замираю.