Мой бывший дракон — предатель (СИ) - Ачалова Тала

Мы устраивается на широкой спине дракона, и древний ящер взмывает в небо, раскрашенное утренним рассветом в алые и пурпурные тона.

Обратно мы добираемся быстро.

Не проходит и получаса, как показываются знакомые шпили замка, пронзающие небеса. Дракон мягко планирует на задний двор, и мы приземляемся, принеся с собой ветер и поднимая песчаные вихри.

На ступенях стоит Дейлис. Растрепанная, взволнованная. На лбу ее залегает глубокая морщина, будто шрам от пережитых тревог.

София тут же бросается в ее раскрытые объятия. Дейлис ее крепко прижимает к себе, а потом переводит взгляд за спину Софи.

Туда, где возвышается фигура Нормана уже в обличии человека.

С лица Дейлис все краски сходят разом.

— Здравствуй, сын.

— И я тебя приветствую, мама .

38

Воздух вокруг нас начинает искрить.

София встрепенулась, переводя встревоженный взгляд с Дейлис на Нормана и обратно.

— Норман, прошу, не обращай свой гнев на Дейлис, — почувствовав надвигающуюся беду, я стараюсь разрядить атмосферу.

Поддавшись порыву, кладу свою ладонь Норману на локоть, тем самым стараясь успокоить его. Когда-то это работало безотказно, словно магическое заклинание.

— У Дейлис не было иного выхода. В конце концов, не она виновата в том, что мы вдвоем не можем договориться.

Под моей ладонью мускулы Нормана каменеют. Он смотрит на меня долгим, нечитаемым взглядом, прежде чем сказать:

— Никогда не думал, что ты будешь защищать Дейлис, — в словах его сквозит тень улыбки. — Вам с Софией нужно отдохнут и прийти в себя. Идите в замок. Мы с Дейлис поговорим с глазу на глаз, нам есть что обсудить.

Дейлис кивает и также легко улыбается нам, всем своим видом говоря: все будет хорошо.

Мы с Софией спешим в замок. Смываем с себя все тревоги и пыль прошедшей ночи, утоляем голод прямо в комнате и, словно подкошенные, падаем на кровать. Впервые со вчерашнего вечера я чувствую себя спокойно и безопасно.

Не замечаю, как проваливаюсь в сон, крепкий и глубокий, без сновидений.

Просыпаюсь я уже вечером, когда на горы за окном только начинает охватывать закат.

— Мамочка, ты проснулась! — София откладывает свою куклу и забирается ко мне на кровать. — Пока ты спала, мы с Норманом играли. Он сказал, что очень сожалеет, что мы с ним давно не виделись. И теперь… он предложил заниматься со мной верховой ездой вместо мистера Джейдена! Представляешь?

— А ты что ответила? — я опешиваю активностью дочки не меньше, чем таким поворотом событий. Пока я отсыпалась, эти двое решили все сами?

— Не знаю, — поймает плечами дочка и продолжает, бросая на меня осторожный взгляд: — Наверное, я не против, если ты не возражаешь…

И что я могу на это сказать?

— Прежде мне нужно обсудить это с Норманом с глазу на глаз.

— Здорово! — Софи хлопает в ладоши. — Он как раз обещал вернуться к ужину.

— Значит, сейчас его нет в замке?

— Нет, — вздыхает София. — Сначала он долго-долго разговаривал с Дейлис, потом со мной. А потом улетел. Мам, мы с ним оба драконы, представляешь! Это же так… здорово!

Я киваю дочери и поднимаюсь с постели.

Хотелось бы мне разделить ее восторженный подъем, но меня охватывает волнение.

Я переодеваюсь и спускаюсь вниз, где в холле у камина сидит Дейлис. И если раньше она всегда казалась мне сильной, несгибаемой, чуть высокомерной аристократкой, то сейчас передо мной будто другая женщина.

Чуть усталая, задумчивая, она поворачивает голову ко мне и встречает теплым взглядом. Забавно, когда-то давно мне казалось, что ее благосклонность была жизненно необходима для меня.

И вот теперь, когда это случилось, едва ли наши тёплые взаимоотношения способны что-то изменить.

— Как разговор с Норманом? — я опускаюсь в кресло напротив, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— На удивление спокойно. Он давно все понял и принял, — Дейлис улыбается уголком рта. — И безусловно в том, чтобы иметь неизлечимое заболевание, есть огромный плюс: близкие люди бояться тебя по-настоящему тревожить. Оберегают. Поэтому даже не переживай за наши отношения с Норманом. Как вы сами? София, кажется, чувствует себя отлично, но ее обращение в дракона…

— Норман говорит, что такое случается.

— Да, мне он тоже это поведал. И успокоил: уж если сын берет что-то под свой контроль, можно не сомневаться, все так и будет. Он хотел заглянуть к нам сегодня на ужин, ты не против?

Я пожимаю плечами:

— Думаю, нам нужно поговорить.

Но внутри все бурлит от эмоций. Норман вновь резко ворвался в нашу жизнь. И теперь я будто чувствую, что все иначе. Мы изменились. Оба.

— Если ты против — только скажи. Это ваш дом с Софией.

Я удивленно вскидываю брови, глядя на Дейлис. Ее слова звучат неожиданно и обескураживающе.

— Вы сейчас серьезно?

— Более чем. Я на вашей стороне.

— Спасибо. Но я не против, чтобы Норман поужинал с нами. Если он хочет мира, нам не о чем переживать.

На том мы и решаем.

Перед ужином меня охватывает странное волнение. Сначала я кручусь перед зеркалом, поправляя невидимые складки на платье. Затем — проверяю сервировку стола, поправляю бокалы и подсвечники.

В конце концов, ругаю себя за лишнюю суету и нервозность. Мои внутренние метания не позволяют успокоится, но неожиданно помощь приходит от Софии. Она берет мою ладонь в свою руку и шепчет:

— Все будет хорошо, мамочка. Вы с Норманом тоже подружитесь.

39

— Спасибо за ужин и теплый прием, — Норман откладывает приборы и встает.

Ужин прошел на удивление в спокойной, почти семейной обстановке.

София много болтала, восполняя пробелы в общении с Норманом, без утайки рассказывая ему, как складывается наша жизнь сейчас.

По всему выходило, что вопрос с занятиями Софии был решен.

— Надеюсь, ты не против, если в дальнейшем я буду заниматься с Софией в своем настоящем облике? — чуть хриплый шепот Нормана пробирает до мурашек.

Его пальцы касаются ткани платья чуть выше локтя, но даже сквозь нее я чувствую его жар. Горячее прикосновение, присущее лишь драконам.

— Этим ты ограничишься? — приподнимаю одну бровь. Я призываю на помощь все свое самообладание, чтобы сохранить невозмутимый вид.

На самом же деле мы с Норманом оба понимаем, какова цена ответа на этот вопрос.

Для меня — наше спокойствие с дочкой, право самим выбирать, какой будет наша жизнь. Для Нормана — это в какой-то степени значит поступиться своими принципами, наступить на горло своему дракону.

— Я не буду вмешиваться в привычный уклад вашей жизни, если ты об этом. Я уже говорил и не откажусь от своих слов. Все изменилось. И все, чего я хочу, это видеть, как растет моя дочь.

— Тогда наши цели совпадают, — я впервые позволяю себе улыбнуться.

Мне хочется верить, что этот вечер станет началом оттепели в наших отношениях. Пройдя годы боли и обид, я смогу наконец отпустить прошлое. Мы сможем.

Так и получается…

Теперь Норман по нескольку дней в неделю навещает нас. И одними занятиями верховой ездой с Софией эти визиты не ограничиваются. Вдвоем они подолгу могут говорить на самые разные темы — от драконов до самых вкусных сладостей столицы, коими Норман каждый раз снабжает Софи.

Помимо прочего, Норман учит дочку обращаться в дракона, контролировать эти порывы и управлять зверем внутри себя. Передает ей свои бесценные знания.

Я наблюдаю за этим молча и со стороны, боясь помешать хрупкому счастью.

— Мама, сыграешь с нами? — нежный голос Софии раздается совсем рядом, и я поднимаю голову от шитья.

— Сыграть? Во что же? — надо же, я так задумалась и предалась своему тихому занятию, не заметив, как пролетело время.

Норман и София, вернувшись с улицы, расположились у камина, раскидав на полу подушки.

— В «Крути кристалл», — радостно сообщает София. — Камешек покажет, какую ногу или руку нужно поставить на игровое поле.