Спасти тигра, приручить магистра и (НЕ) влюбиться (СИ) - Капс Мара

— Это… — один из стражей не договорил, будто слова застряли в горле.

Магистр медленно сделал шаг вперёд.

— Лир. — произнёс он, почти шёпотом.

Тигр не спеша поднял голову. В его взгляде не было угрозы, только усталость и узнавание. Он встал, подошёл к хозяину и, как прежде, положил голову ему на ладонь. Мужчина опустился на одно колено, обнял зверя, и я увидела, как его плечи дрогнули. Он не плакал. Но в этом движении было всё: благодарность, вина, любовь, которую он слишком долго прятал за холодом.

— Ты вернулся, — сказал он. — Прости, что не смог помочь.

Лир не ответил словами, но его дыхание стало ровным и спокойным. Я медленно поднялась, но осталась стоять на месте, не решаясь нарушить волшебство этого момента.

— Как ты это сделала? — магистр посмотрел на меня.

Я не знала, что ответить. Не было заклинаний, не было ритуалов. Только голос, и шаг навстречу боли.

— Я просто слушала. Он сам выбрал вернуться.

Магистр медленно выпрямился, но прежде, чем успел что-либо сказать, один из стражей шагнул вперёд:

— Это невозможно. Мы видели, как он терял контроль. Как магия разрывала его изнутри. Ни один маг не смог даже приблизиться. А она просто поговорила?

Второй страж, молчавший до этого, сжал рукоять меча, будто опасался, что всё это иллюзия, ловушка, очередной всплеск магического безумия.

— Это может быть обман, — сказал он. — Притворство. Существо могло изменить форму, чтобы сбить нас с толку. Мы не знаем, что она ему сказала. Не знаем, кто она вообще.

Магистр бросил на стражей взгляд, от которого оба мгновенно притихли.

— Она сделала то, чего не смог никто.

— Но, младший господин…

— Достаточно. Уйдите. И пусть никто не приближается к этой комнате без моего приказа.

Стражи переглянулись, неохотно поклонились и вышли, оставив нас в тишине, нарушаемой только ровным дыханием Лира. Дверь за ними закрылась с глухим щелчком, и комната будто замерла.

Да, они сказали, что это может быть обман. И я не могла не задаться вопросом: а вдруг они правы?

Почему Лир услышал именно меня? Почему откликнулся? Я не знала, что именно сказала, что стало поворотной точкой. Всё было интуитивно, спонтанно, почти случайно. Но если это была ошибка? Если я просто оказалась рядом в нужный момент, а всё остальное искусная иллюзия?

Магистр смотрел на меня как на загадку, которую нужно разгадать. Его взгляд был холодным, проникающим, как будто он пытался разобрать меня на части. Я чувствовала, как внутри него всё сопротивляется. Он наверняка видел слишком многое, чтобы верить в простые ответы. А я не была ответом. Я была вопросом. Неожиданным, неудобным, не вписывающимся в систему. Не должна была быть здесь. Не должна была помочь. И всё же помогла.

— Ты не маг. Не целитель. Не придворная. Кто ты? — он подошёл ближе, остановившись в шаге от меня.

Я выдержала его взгляд, не отступая. Внутри всё дрожало, но снаружи я была камнем. Или, по крайней мере, пыталась такой быть.

— Та, кто слышит. Иногда этого достаточно.

Он прищурился, и в этом движении было что-то хищное.

— Если ты солгала… — начал он.

Лир тут же поднял голову и тихо зарычал. Звук был негромким, но в нём чувствовалось предупреждение.

Магистр замолчал. Потом, чуть склонив голову, произнёс:

— Тогда расскажи. Всё. С самого начала. Как ты узнала о лагрине. Почему пришла. И что ты на самом деле хочешь.

— Тогда расскажи. Всё. С самого начала. Как ты узнала о лагрине. Почему пришла. И что ты на самом деле хочешь.

Глава 4

Я вздохнула, чувствуя, как внутри всё сжимается. Осмотревшись по сторонам и не найдя ни одного кресла, скрестила руки на груди и начала свой рассказ. Естественно, о попаданстве решила умолчать. Ещё не хватало угодить за это в темницу или, того хуже, стать объектом изучения в какой-нибудь магической лаборатории. Поэтому всё свела к более правдоподобной версии: после несчастного случая на воде, когда едва не утонула, потеряла память, но взамен обрела странную способность понимать язык животных. Именно это, по моим словам, и позволило спасти любимого питомца магистра. А что касается цветка, тут всё просто. Тот, кто собирает лекарственные травы, обязан в них разбираться. Я наткнулась на описание лагрина в одной из старых книг.

— Понимаешь животных? — магистр задумчиво потер подбородок.

Молчал он долго, предоставив мне достаточно времени, чтобы попытаться вспомнить, как его зовут. Имя то и дело мелькало в объявлениях, но сейчас, как назло, вылетело из головы. Эдмунд, первый сын Верховного мага Башни Заклинаний, регулярно всплывал в разговорах незамужних девушек, мечтающих, как в сказке, выйти за него замуж. Он появлялся на публике чаще, чем следовало бы человеку его ранга: ближе к народу, доступнее, чем его младший брат, о котором, кстати, почти ничего не было слышно. Наверное, поэтому я и решила, что он ещё ребёнок.

«Долман, — прорычал Лир. — Его зовут Долман. Ты ведь сказала, что ты его друг. Солгала?»

Вот же черт. Мало того что мужчина, стоящий напротив, явно не испытывает ко мне доверия, так ещё и котик сейчас всерьёз обозлился. Спасите!

Стоило мне только подумать об этом, как в окно стремительно влетела Дина. Её воинственный настрой слегка обескуражил. Маленькая кроха уверенно приземлилась на голову зверя и начала его клевать.

«Эй! Ты что творишь? А ну слезь!» — обиженно мяукнул Лир.

«А ты не трожь мою хозяйку», — щебетала Дина, не прекращая атаку.

«В отличие от некоторых, я не на кого не нападал», — Лир попытался повернуть голову, но Дина ловко переместилась на его ухо и клюнула чуть сильнее.

«Но хотел!» — возмущённо щебетнула она. — «Я видела, как ты на неё смотрел.»

Долман, до этого молчаливый и напряжённый, от неожиданности отступил на шаг. Его брови поползли вверх, а взгляд метался между мной, Лиром и крошечной птичкой.

— Это твоя защитница? — наконец произнёс он, с трудом сдерживая смех. — Я начинаю подозревать, что ты не совсем обычная травница.

Видя улыбку магистра, я почувствовала, как напряжение, сжавшееся в груди, начинает отпускать. Оно не исчезло, нет. Но рядом с ним появилось другое чувство. Тихая надежда.

— Да, не совсем обычная, но та которую теперь следует наградить и отпустить. А я уже сама решу куда отправиться.

— И куда же?

— Подальше от того, кто в любой момент может меня убить.

Прикрыв рот ладонью, я посмотрела на Долмана. Ну вот, зачем я это сказала? Второй раз за день мой язык говорит сам по себе. Он что, решил меня подставить?

— Убить тебя? — повторил магистр, и в его взгляде мелькнуло нечто, отдалённо напоминающее интерес. — И зачем же мне это делать?

Я сглотнула, чувствуя, как в горле пересохло.

— Ну, вы не производите впечатления человека, склонного к мягкости, — выдавила я, стараясь, чтобы голос звучал хоть немного уверенно. — А я, как бы сказать, не совсем вписываюсь в ваш мир.

Мужчина чуть склонил голову, будто рассматривая меня под другим углом. Лир, всё ещё сидевший рядом, тихо фыркнул.

— Ты спасла моего зверя, — сказал магистр. — Это уже больше, чем сделали десятки магов. И всё же ты боишься меня?

— Не то, чтобы боюсь, — ответила я. — Просто хочу поскорее получить плату за свою работу и уйти.

— Уйти. Ты останешься, здесь, — произнёс он спокойно, как будто речь шла о погоде. — На месяц.

Я замерла. Не потому, что он это сказал, а потому что сказал так, будто всё уже решено, и моё мнение не имеет значения.

— Простите, но… — я попыталась подобрать слова. — Я не могу. У меня дела. Обязанности. Семья. Лес. Травы.

— Всё это подождёт, — перебил он. — Или исчезнет. В любом случае, сейчас ты нужна здесь.

— Нужна? — я прищурилась. — Чтобы что? Чтобы сидеть в углу и ждать, пока вы решите, что со мной делать?

Он приблизился, и пространство, между нами, будто затаило дыхание.

— Ты не просто спасла Лира. Ты сделала невозможное. Совет магов потребует объяснений. Его величество доказательств. А я, гарантий, что ты не исчезнешь, прежде чем мы поймём, кто ты такая.