Спасти тигра, приручить магистра и (НЕ) влюбиться (СИ) - Капс Мара

— А если я не отступлю?

— Тогда придётся привыкнуть к тому, что я кусаюсь.

Долман усмехнулся, и в этой усмешке было что-то нехорошо знакомое. Как у тех, кто привык получать то, что хочет, не силой, а уверенностью. Его рука скользнула по моей талии, будто проверяя, насколько далеко может зайти. А потом он просто притянул меня к себе, как будто это было само собой разумеющимся, как будто я уже согласилась, хотя ещё не сказала ни слова.

— Кусаешься? — его голос стал ниже. — Мне нравится. Мы знакомы всего два дня, а ты уже не выходишь из моей головы.

Я прищурилась, стараясь не выдать, как сердце грохнуло в груди. Лир, до этого молчаливый, тихо заурчал, будто чувствовал, что напряжение достигло предела. Дина, сидевшая на подоконнике, замерла, перестав щебетать, как будто даже она поняла, сейчас происходит нечто важное.

— Может, стоит проверить, не отравлена ли эта голова, — пробормотала я. — Вдруг это побочный эффект.

— Если это побочный эффект, я не хочу исцеления.

Чего? Он это сейчас серьёзно? Ладно, я уже смирилась с тем, что попала в другой мир. Магия, звери, порталы, всё как в инструкции по выживанию в фэнтези. Но это же не любовный роман. Откуда взялась эта чертова романтика? Кто её сюда пустил и почему она решила поселиться именно в моём сюжете?

В голове ни одной стоящей мысли, которую можно было бы озвучить. Только паника и внутренний голос, шепчущий: «Не вздумай смотреть ему в глаза. Там ловушка».

Такой мужчина, такой взгляд. Горячий, уверенный, как будто он не просто знает, чего хочет, а уже оформил заказ с доставкой. Да любая в такой момент растает, начнёт мечтать о поцелуе, о страсти, о вытекающих последствиях. Жаль, мой организм решил, что это не романтика, а системный сбой. И я начала икать. Громко. Как будто внутри меня кто-то нажал кнопку срочной перезагрузки.

Долман замер. Лир приподнял ухо. Дина издала звук, который можно было интерпретировать как позорище. А я икнула ещё раз.

— Очаровательно, — произнёс Долман и, к моему ужасу, усмехнулся.

— Это… не то, что вы думаете, — пробормотала я, пытаясь отодвинуться, но он всё ещё держал меня за талию. — Просто организм решил активировать защитную икоту.

Он рассмеялся и, что самое странное, от этого смеха стало чуть легче. Как будто напряжение, натянутое, между нами, на секунду ослабло.

— Ты удивительная, — сказал он, наконец отпуская меня. — Ни одна магическая аномалия ещё не икала в моих объятиях.

— Ну, я стараюсь быть уникальной. В следующий раз могу чихнуть. Или заорать. Всё зависит от уровня романтической угрозы.

— Тогда мне придётся быть осторожнее. Хотя, признаться, мне нравится, когда ты теряешь контроль.

— Я не теряю контроль, — возразила я. — Просто иногда мой организм решает, что пора добавить спецэффектов.

Долман уже открыл рот, собираясь что-то сказать, но в этот момент в дверь деликатно постучал Фаргутт. Он вошёл с видом человека, которому очень не хотелось прерывать разговор, но обстоятельства требовали.

— Простите, магистр. Прибыл маркиз… — он назвал фамилию, но я её тут же забыла, как забывают ненужные детали в момент спасения.

— Я, пожалуй, пойду, — пробормотала, с радостью уцепившись за возможность исчезнуть.

Немного заплутав в коридорах, я наконец добралась до своей комнаты. Закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и замерла, будто только что сбежала с поля боя.

Что это вообще было?

Я ведь пришла сюда с простой задачей. Доказать, что не опасна. Показать, что Лир не угроза. Прожить месяц в чужом доме, выполнить условие и исчезнуть. А теперь, ритуал, магистр, прикосновения, слова, от которых сердце сбивается с ритма.

Долман сказал, что я не выхожу из его головы. Что нуждается. Что не отпустит. А я вконец перестала всё понимать. Кто я здесь? Гость? Аномалия? Спасительница зверя?

Дина тихо щебетнула с подоконника:

«Не драматизируй. Ты всё ещё ты».

Лир, свернувшийся клубком у кровати, открыл один глаз, посмотрел на меня и снова закрыл. Спокойно. Как будто всё под контролем. Как будто он знал, что так будет.

А я не знала. И никак не могла понять, что именно это было? Момент? Предупреждение? Начало чего-то, к чему я не готова?

Глава 7

После разговора с Долманом в его кабинете и бессонной ночи на мягких простынях, я приняла твёрдое решение. Никаких взглядов, от которых хочется икать, падать в обморок и одновременно писать поэзию. Никаких случайных встреч в коридорах, где воздух внезапно становится плотным, как тесто для пирога, который никто не заказывал. Никаких разговоров, где каждое слово звучит как приглашение в роман, а я вообще-то пришла сюда не целоваться, а выживать.

Единственный способ справиться с магистром, который смотрит на меня так, будто я его личное откровение, это исчезнуть. Мы оба в доме, но как бы в разных измерениях. Он в библиотеке, я в оранжерее. Он в оранжерее, я внезапно увлеклась подвалом. Он в подвале, я срочно вспомнила, что у меня аллергия на подвалы, и переселилась в чердак.

Лир все это время сопровождал меня с выражением:

«Эта дурочка играет в прятки с альфа-хищником. Где моя валерьянка».

Дина щебетала с укором:

«Ты же взрослая женщина, а не героиня романа с магистром в роли ходячего искушения».

Я игнорировала их. Лира, Дину, внутренний голос, который то и дело пытался включить режим здравого смысла. И уже на четвёртый день стала легендой среди прислуги.

— Она снова спит в кладовой?

— Нет, сегодня в архиве.

— А вчера?

— В комнате с магическими швабрами.

— Зачем?

— Говорит, там безопасно.

— От кого?

— От магистра.

— А швабры?

— Швабры, это уже мелочи.

Я начала питаться в разное время, чтобы не пересекаться с Долманом. Завтракала до рассвета. Обедала после заката. Но всё пошло наперекосяк, когда решила, что библиотека в два часа ночи, это идеальное место для уединения.

— Не спится? — раздалось из тени между полками.

— Я просто хотела взять книгу, — пробормотала я.

Долман встал, прошептал короткое заклинание, и комната окрасилась в мягкое голубое сияние. Воздух стал плотным, как будто сам дом решил задержать дыхание.

— Ты избегала меня, — сказал он спокойно. — Теперь не уйдёшь, пока мы не поговорим.

— О чём? — я не отступила, но голос дрогнул. — Вы же привезли меня для проверки. Зачем нам видеться? Через три дня приедет Верховный, проведёт ритуал, и я буду свободна. Не придется же ждать пока пройдет месяц?

— Свободна, — Он посмотрел на меня, как будто эти три дня не срок, а приговор. — А что думаешь о том, чтобы здесь остаться?

— Чего? Остаться? И что, по-вашему, я тут буду делать? Греть вашу постель? Да ни за что.

Долман обиженно фыркнул.

— Сначала дослушай, а потом уже делай выводы, — сказал он, чуть сжав губы. — Я предлагаю тебе работу. Уход за Лиром. Если захочешь, можешь устроить консультации для владельцев магических существ. Конечно, всё конфиденциально. Не хочу, чтобы твоя способность стала достоянием толпы. Дом превратится в проходной двор, и ты не сможешь спокойно пройти до кухни, не выслушав историю про попугая с депрессией.

Я моргнула. Работа? Жалование? Не цепи, не лаборатория, а вполне себе заманчивое предложение. Подозрительно нормальное, если не считать, что всё это происходит в доме, где магические швабры ведут себя как охрана, а тигр как капризный котенок.

— Хорошо. Я подумаю, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Но если вы снова начнёте смотреть на меня так, будто я ваша первая любовь, я сбегу.

Он чуть усмехнулся, но не отступил. Только взгляд стал мягче, как будто решил не спорить, а просто быть рядом.

— Ты, — сказал он тихо. — Давай без этих формальностей. Можешь звать меня по имени.

Я прищурилась. Формальности, это же как броня. А он только что предложил мне её снять. Долман точно магистр второго круга, которого считают достаточно сильным магом? Как по мне, он просто змей-искуситель в дорогом плаще. Сначала рычал, изображая невыносимого тирана, а стоило птичке залететь в клетку, тут же превратился в милого пушистика.