Спасти тигра, приручить магистра и (НЕ) влюбиться (СИ) - Капс Мара

А я, всё ещё в его объятиях, мысленно зааплодировала себе. Ну конечно. Идеальный момент. Полуголая, в мятой ночнушке, завернутая в чужой плащ, эффектно прижимаюсь к магистру, как будто это часть утреннего ритуала.

Спасибо, судьба. Очевидно, ты решила, что мне срочно не хватает публичных недоразумений.

— О-о-о… — протянул Фаргутт, и на его лице заиграла самая ехидная улыбка в мире. — Простите, я, кажется, прервал объятия века.

— Это не то, что ты думаешь, — хором выпалили мы с Долманом.

— Конечно-конечно, — кивнул он, театрально пятясь к двери. — Я просто… э-э… пойду.

Но не успел он сделать и шага, как я, пытаясь выскользнуть из рук магистра, шагнула назад, а Долман в тот же миг двинулся вперёд и зацепился сапогом за край ковра. Результат был предсказуем: мы оба потеряли равновесие, и в следующую секунду я оказалась прижатой к нему, а он спиной к столу. Стол, кстати, не выдержал напора и с глухим стуком сдвинулся, сметая на пол стопку бумаг.

— Осторожнее, — тихо сказал Долман, и в его голосе прозвучало что-то такое, от чего внутри стало теплее, а по спине, наоборот, пробежал холодок.

Я подняла взгляд. Его тёмные, внимательные глаза задержались на моём лице на долю секунды дольше, чем позволяли приличия. И эта секунда, как назло, растянулась внутри меня, как эхо. Я почувствовала, как щёлкнул внутренний переключатель: внимание получено, тревога активирована.

Что он там ищет? Ответы? Слабость? Или просто пытается понять, как я вообще оказалась в его жизни, босая, с козлом, в ночнушке.

А я? Я смотрю в ответ. Потому что не могу не смотреть. Потому что в его взгляде есть что-то, что заставляет забыть, что я вообще умею думать. И это пугает.

Фаргутт, всё ещё стоящий в дверях, хмыкнул:

— О, вижу, у вас тут…

— Фаргутт, — процедил Долман, не отпуская меня, — если ты сейчас же не выйдешь…

— То что? — невинно поинтересовался тот, поднимая с пола листок и разглядывая его вверх ногами. — Арестуешь меня за нарушение интимной обстановки?

Я попыталась выскользнуть, но Долман держал крепко, то ли чтобы я не упала, то ли чтобы не врезала Фаргутту.

— Фаргутт, — голос Долмана стал ниже, — дверь. Закрой. Снаружи. Сейчас.

Тот театрально вскинул руки, будто сдаваясь, и, пятясь, всё же вышел. Долман медленно отпустил меня, но пальцы его скользнули по моей талии чуть дольше, чем следовало. От этого прикосновения по коже снова пробежали мурашки, а сердце предательски ускорило ритм.

— Ты в порядке? — тихо спросил он.

— Да, — выдохнула я, поправляя плащ, но взгляд всё равно вернулся к нему.

Он стоял совсем рядом, и в его глазах было что-то, от чего хотелось одновременно отступить и сделать шаг навстречу. Лёгкий аромат его парфюма всё ещё окутывал меня мягким, тёплым облаком, как заклинание, от которого не хотелось избавляться.

— Эдит, — произнёс Долман, вновь возвращая себе непроницаемое выражение лица. — Как насчёт того, чтобы переодеться и присоединиться к завтраку с гостями? Я распоряжусь, чтобы накрыли стол.

Я моргнула.

— Переодеться. Да, пожалуй, это разумно. А то ещё подумают, что я люблю устраивать утренние спектакли с магическими козлами.

— Особенно в мятой ночнушке, — добавил он.

— Это не ночнушка, а боевой наряд, — буркнула я, поправляя плащ. — Он прошёл испытание козлом, дымом и утренним позором.

Долман хмыкнул, и я впервые услышала, как он по-настоящему смеётся. И этот звук, глубокий и редкий, оказался куда опаснее любого взгляда.

Погруженная в свои мысли, я поспешила к себе в комнату, стараясь не обращать внимания на то, как плащ задевает дверные ручки, как босые ступни шлёпают по прохладному каменному полу, и как сердце всё ещё не решается вернуться к нормальному ритму. Проходя мимо зеркала, мельком взглянула на свое отражение, и тут же отвернулась. Вид у меня был, конечно, выразительный. Мятая ночнушка, плащ, который на мне сидел так, будто я украла его у призрака, и волосы, торчащие в разные стороны.

— Боевой наряд, — пробормотала я себе под нос.

Глава 10

К моему же удивлению, на сборы ушло больше получаса. Мари игнорировала почти все мои слова, выполняя свою работу так, как ей было приказано. В итоге я не поверила тому, что увидела в зеркале. Рыжие волосы были аккуратно уложены, платье идеально подчёркивало фигуру, а макияж делал лицо сияющим.

— Я была не права, спасибо, — поблагодарив её за труды, я вышла в коридор и последовала за девушкой в гостиную. Там уже вовсю шёл разговор о магических кристаллах, заговорах и прочей ерунде.

Я переступила порог гостиной, и в ту же секунду все голоса смолкли. Несколько пар глаз одновременно обратились на меня: изучающие, оценивающие, словно я была не гостьей, а редким экспонатом, внезапно оказавшимся в центре зала.

— Не думал, что после того, как увижу сие чудо в милой ночнушке, смогу снова быть поражён, — ласково улыбнулся мужчина, сидевший по правую руку от отца Долмана.

— Эдмунд, не забывай о манерах, — холодно заметил верховный маг башни Заклинаний.

В уголках губ Эдмунда мелькнула тень улыбки, он продолжал смотреть на меня так, будто пытался разгадать загадку, которую никто не просил его решать.

— А что такого я сказал? Мне просто интересно, как эта девушка, в которой совершенно не чувствуется магия, смогла успокоить демонического козла, которого по лесу безуспешно ловил десяток высших магов. Она ведь и Лира успокоила. Я его осмотрел, с ним всё в порядке. Но самое удивительное, что ей удалось охладить внутренний огонь брата.

В этот момент дверь за моей спиной тихо, но отчётливо скрипнула, и в гостиную вошёл Долман. Он остановился на пороге, окинув комнату быстрым, но цепким взглядом, и задержался на мне.

— Похоже, я пропустил что-то интересное, — сказал он ровно, но в тоне слышалась скрытая сталь.

— Интересное — мягко сказано, — произнёс Эдмунд, откинувшись на спинку кресла. — Мы тут как раз обсуждали твой новый источник вдохновения.

Лир, вошедший следом за хозяином, грозно зарычал, а затем, словно верный страж, улёгся у моих ног. Неприязнь животного ощущалась почти физически: шерсть на его загривке встала дыбом, а вся его аура источала угрозу.

— Прекрати, — я осторожно почесала тигра за ухом.

«А если я не хочу? — прорычал Лир. — Вдруг он решит тебя забрать?»

— Не драматизируй, — шепнула я, стараясь, чтобы на лице не дрогнул ни один мускул. — Он не посмеет.

— Что не посмею? — с любопытством спросил Эдмунд.

И что же мне ответить? Надо придумать что-то абсурдное, во что точно все поверят.

— Если я озвучу его слова, произойдёт резонанс между его ментальной частотой и моим голосовым каналом. А это, как известно, вызывает временное выпадение памяти у всех присутствующих.

— Правда? Никогда о таком не слышал, — нахмурился Эдмунд.

Я пожала плечами с самым невозмутимым видом:

— Это редко документируется. Последний случай был в архиве Туманной Паутины, но записи, как вы понимаете, исчезли.

После этих слов я была готова к чему угодно, но уж точно не к смеху. Трое мужчин, за исключением Эдмунда, разразились таким хохотом, будто я только что рассказала им анекдот.

— Сын, говоришь, нашёл её в лесу? — с лёгкой усмешкой протянул Верховный маг.

— Нашёл — не то слово, — сухо возразил Долман. — Скорее, она сама решила оказаться в поле моего внимания.

Я внутренне хмыкнула. Ну да, конечно. Мечтала забрести к магистру второго круга и всей его семейке. Просто так сложились обстоятельства.

— И при этом, — продолжил Верховный, — за каких-то пару дней успела приручить Лира и заткнуть пасть демоническому козлу, с которым безуспешно возились лучшие маги столицы.

— Это везение, — вставила я, опуская ладонь на голову Лира, чтобы он перестал рычать на Эдмунда. — Или полное отсутствие здравого смысла.

— Иногда это одно и то же, — неожиданно заметил Эдмунд и, пока остальные оборачивались к нему, едва заметно подмигнул.