Через полчаса передо мной стояла чашка дымящегося чая. Толкать собственный вес в коляске и одновременно нести чайник, а потом и чашку другой рукой — ему было тяжело. Я видела, как подрагивали мышцы предплечья.
— Благодарю.
— Ты когда-нибудь улыбаешься? — вдруг спросил Нортан и подъехал ближе к столу. Перед ним тоже стояла чашка.
— Нет повода для улыбок.
— Ты молода, красива. Почему ты занимаешься таким, как я?
— А какой вы?
— Ясно, — покачал головой Нортан. — С тобой непросто, колючка. Я тебе один вопрос — ты мне в ответ. Если император заставил тебя мной заниматься, то не нужно.
— Мне не нужна ваша жертвенность. Моя задача — поставить вас на ноги. На этом всё.
— Это не жертвенность. Это участие. Тебе бы бегать на свидания в свои двадцать. Влюбляться. Замуж выйти. Детей родить.
— Я уже была замужем. Так что у меня нет незакрытых гештальтов.
— Что?
Я снова смогла удивить генерала.
— И, поверьте, сложно только в первый раз поставить подпись на бумаге. Любви не существует. Это иллюзия. Биологические процессы в организме — не буду вдаваться в подробности, какие именно. А у меня иллюзий давно нет. Замужем была. Ничего там хорошего нет.
Нортан стал смотреть на меня иначе. То хмурился, сводя седые брови к переносице, то удивлённо вскидывал их. И всё продолжал прожигать меня своими жёлтыми глазами.
— Ты так говоришь, словно…
— Мой муж умер в первую брачную ночь на мне. У него остановилось сердце. А во второй раз… Впрочем, сейчас не обо мне. Без привязанностей проще.
— Девочка…
— Я не девочка! Ясно? Я Кира. У меня есть имя!
Он замолчал на секунду.
— Что с тобой случилось? У меня есть связи и деньги. Я могу тебе помочь.
— Себе лучше помогите!
Я не выдержала. Резко встала, подхватила чашку чая и вышла из кухни. Сейчас я как никогда жалела, что убрала в доме лишние перегородки. Негде было спрятаться. Негде было закрыться от чужого взгляда.
Я подошла к тому самому окну, через которое совсем недавно проветривала комнату.
Сделала глоток горячего чая. Обожгло язык, но это было даже кстати. Я прикрыла глаза, пытаясь вернуть себе спокойствие.
Деньги.
Связи.
Деньги.
Положение.
И снова — деньги.
Ненавижу их!
Из-за них меня продавали как вещь, подкладывая под стариков, которым родители были должны.
Ненавижу.
Ненавижу.
Пришлось сильнее сжать чашку в руках. Когда держать её стало невыносимо горячо, меня немного отпустило. Боль возвращала в реальность. Заземляла.
Я поставила чашку на щербатый подоконник. Уперлась ладонями в холодное дерево. Чуть склонила голову, позволяя волосам упасть вперёд и скрыть лицо.
Что мне его деньги и связи?
Мой брат — император. И он не смог мне помочь.
Над прошлым даже Эрэйн Норвелл не властен.
Глава 6
Я услышала, как заскрипело кресло. Нортан выехал из кухни. Я резко развернулась. Уже справилась с собой.
Контроль при моём даре жизненно важен. Не хватало ещё навредить ему из-за собственной нестабильности. Нортан точно не виноват в том, что у меня самой проблемы с головой.
— Вы готовы?
Он просто кивнул. Лицо было сосредоточенным и мрачным. А ещё его взгляд стал слишком задумчивым, внимательным. Мне не нравилось находиться под этим пристальным, пронизывающим интересом генерала.
По коже пробежали неприятные мурашки.
Я стиснула зубы и отвернулась. Взяла чашку, отнесла её на кухню, сполоснула в раковине. Свою генерал убрал сам.
Вернулась к нему и указала на ковёр в гостиной. Рядом стоял диван с креслом, но доступ к ковру был свободным и удобным.
— Начнём с простой разминки. Я буду показывать — вы будете повторять. А пока ложитесь на спину.
Нортан молча подъехал к ковру. Я видела, как тяжело он дышит после нескольких манёвров. Отвернулась, давая ему возможность справиться самому.
Он должен всё делать сам.
Сама оставила его и прошла к двери неподалеку. Там была и моя лаборатория и мой кабинет, и спальня одновременно. В нос ударил запах трав, которые передала мне Аннабель. Там на столе я взяла книгу, по которой училась в последнее время. Захватила блокнот, исписанный заметками.
Я самоучка. В академию мне нельзя. Эрэйн переживает, что я не выдержу и покалечу там многих. Поэтому приходится заниматься самообразованием. Благо память у меня феноменальная. Да и уединение мне по душе. Признаюсь, людей я вообще не люблю.
Потом я взяла перчатки из тонкой кожи со стола.
Со стороны гостиной слышался скрип колёс и шорох — Нортан укладывался на ковёр.
Конечно, я дала ему время прийти в себя после пересадки. Хотя это время было нужно и мне. Я не терпела мужских прикосновений. Эрэйн это знал — и всё равно заставил меня взять лечение Нортана на себя.
Он тогда лишь сказал:
— Учти, у меня толковых генералов очень мало. Постарайся не угробить его.
А потом обнял меня и поцеловал в лоб. Только его я допускала к себе без внутреннего содрогания. Надевать перчатки была его идея. Вот и проверю, насколько она сработает.
Я переоделась: обтягивающие замшевые штаны, удобная кожаная обувь без каблука, свободная белая рубашка. Волосы собрала в высокий пучок. Платье аккуратно повесила на плечики.
Надела перчатки. Подхватила книгу и блокнот с пером. Вышла. Нортан сидел на ковре, опираясь на руки. Смотрел на меня исподлобья.
— Ложитесь на спину.
Он внимательно осмотрел меня, затем аккуратно опустился и уставился в потолок.
Я положила всё рядом и сама легла рядом — показывать упражнения. Но ковёр был не слишком большим, и мы оказались слишком близко.
И это стало проблемой.
Я закаменела. Дыхание стало тяжёлым. Я уставилась в потолок, стараясь не чувствовать чужого тепла рядом.
Нортан лежал молча. Слава богам, не торопил меня.
Я взяла себя под контроль усилием воли.
Начала показывать лёгкую разминку: подъём рук, напряжение корпуса, медленное сгибание ног. Считала вслух.
Нортан сначала просто смотрел, затем начал повторять. С руками и верхней частью корпуса дела обстояли относительно нормально. А вот с нижней частью — гораздо хуже.
Я села у его ног.
Он слегка приподнялся. Мне нужно было зафиксировать его стопы. Я осторожно протянула руки и сжала его ступни в перчатках.
Прислушалась к себе.
Вроде терпимо.
Хотя хотелось отдёрнуть руки, как от огня. В горле пересохло. Я смотрела на свои ладони на мужском теле — и меня накрывало.
— Ещё раз, — прохрипела я. — Повторите ещё раз.
Нортан сцепил зубы и сделал движение. И чем больше он повторял простые упражнения, тем злее становился. Пот стекал по его лбу и вискам. Зубы скрежетали. В тишине комнаты слышалось его рваное дыхание.
Зато не было слышно моего рваного дыхания. За своими эмоциями Нортан вряд ли заметит, что меня тоже кроет.
— Достаточно. Как себя чувствуете?
Я посмотрела на него.
Он резко вскинул на меня жёлтый, злой взгляд. Эту злость я на свой счёт не принимала. Нортан сжал кулак и ударил рядом с собой о ковёр, но ничего не ответил. Просто продолжал смотреть в потолок.
На Нортана сейчас обрушивалась его новая реальность. Раньше он владел своим телом в совершенстве. Теперь же даже одеться или помыться для него — настоящее испытание.
Я ждала.
— Я не выношу жалость, — вдруг прохрипел он. — Хочу другого целителя.
— Посмотрите на меня, — холодно произнесла я.
Он вскинул взгляд. Злость медленно перетекла в ярость.
— Внимательно посмотрите на меня. Вы видите на моём лице жалость?
Он молчал. Смотрел пристально. Долго.
— Так что не говорите того, чего нет, — ровно продолжила я. — Я вас не жалею. Вы — моя работа. Всё. И вам не светит другой целитель. Так что уймитесь и сами перестаньте себя жалеть.
Повисла пауза.
Дракон был удивлён моей отповедью. Это читалось в его глазах.
— Ты вообще живая? — вдруг спросил он.
