Скандальная история старой жены (СИ) - Милославская Анастасия

— Всего лишь помогал юной леди, — отвечает он с напускной невинностью. — Разве мог я отказать в просьбе племяннице самого императора?

Я останавливаю на герцоге тяжёлый взгляд.

Он слишком приблизился к нашей семье.

Уже настолько, что Маардин доверил ему племянницу.

По закону Тейвар и Эллин не могут наследовать престол, потому что родились от женщины императорский крови — моей сестры. Такие дети считаются «побочной ветвью» и отстраняются от престолонаследия.

И всё же это не делает мою племянницу менее ценным разменным козырем для тех, кто умеет играть на родственных связях.

Я подзываю ближайшего слугу и приказываю:

— Сопроводите леди Эллин в мой дом. И возьмите с собой не меньше десятка стражников.

Племянница удивлённо распахивает глаза.

— Дядя… — в её голосе слышится обида. — Я не ребёнок. И мы с Селин собирались прогуляться по саду.

— Ради твоего же блага, Элли, — отрезаю я.

Она сжимает губы, отворачивается, но послушно идёт за слугой.

Я смотрю ей вслед и невольно ощущаю неприятное тянущее чувство внутри. Так каждый раз, когда она сердится на меня.

Эллин похожа на мою покойную сестру, а ещё сильнее на мать. Мой долг — защищать племянницу. Я слишком хорошо знаю, как легко юных и доверчивых превращают в инструмент для чужих игр.

Эллин может злиться, обижаться, считать меня тираном — пусть. Но пока я жив, никто не посмеет причинить ей вред. Нужно поговорить с племянницей насчёт Дейрона. Ей следует держаться от него подальше.

— Пройдёмся, Верховный Маршал? Слышали новость? — герцог делает приглашающий вежливый жест.

— Какая новость?

Мы неспешно идём рядом. Я пытаюсь понять, какой следующий шаг сделает хитрый старый змей.

Селия держится чуть позади, но я чувствую на себе её внимательный, липкий взгляд.

— Герцог Таррос, бывший наместник Эшры, — начинает Дейрон, будто между прочим. — Погиб в пути.

Я поворачиваю к Дейрону голову.

— Погиб?

— Разбойники, — с едва заметной усмешкой уточняет он. — Напали на обоз, в котором он ехал в столицу. Его люди отбивались до последнего, но… всё кончилось быстро.

Блеклые глаза Дейрона вцепляются в меня, считывая реакцию, но я остаюсь невозмутимым.

Я понимаю, что он причастен. Вероятность крайне высока.

— Как жаль, — произношу я.

— А я вот не жалею, — спокойно парирует Дейрон, уголки губ чуть подрагивают, будто он едва сдерживает довольную ухмылку. — Герцог Таррос был мерзким человеком. Он вёл отвратительно аморальный образ жизни. Однажды проиграл мне земли в честной игре и с тех пор имел на меня зуб. Мечтал отомстить и хотел очернить моё имя перед Императором. Наверняка собирался выдумать какие-то небылицы.

Я смотрю на него, и в голове складывается слишком очевидная картина: Дейрон всё просчитал, избавился от свидетеля, которого я едва нашёл. Хитрый, скользкий, он умеет заметать следы.

Таррос был его ставленником здесь, и теперь нити, тянувшиеся к герцогу, обрезаны самым надёжным способом. Разве кто-то спросит с мертвеца?

Надо бы увидеться с братом лично, но сейчас я должен быть в Эшре. Тем более, когда Дейрон здесь.

— Удобно, что он погиб… не так ли, герцог? — произношу ровно, чуть наклонив голову, и в упор ловлю его взгляд. — Вы говорите, Таррос мечтал отомстить и собирался очернить ваше имя перед Императором. А может быть, он хотел рассказать правду?

Пусть знает, что я подозреваю. Моя тень всегда будет за его спиной. Будет бояться — меньше дерьма придётся за ним разгребать.

Дейрон передёргивает плечами. Кажется, он уже жалеет, что многое сказал.

— Хотите меня в чём-то обвинить, маршал?

— Когда я захочу обвинить, вы поймёте это сразу, — отвечаю я холодно, не отводя взгляда. — Пока я лишь задаю вопросы.

Дейрон молчит мгновение, а затем натужно смеётся.

— Понимаю, — протягивает он, чуть прищурившись. — Вы уже вжились в роль расследователя. Должно быть, развлекаетесь по полной… всё-таки это куда интереснее, чем война, а?

Он будто невзначай поправляет вычурные кружева на манжете и отводит взгляд в сторону окна.

— Ну, маршал, мне пора, — добавляет Дейрон с вежливой холодностью. — Нужно осмотреть дом, где мы остановились. Если будет нужна помощь с бунтовщиками, я рядом. Только позовите. Я пришлю вам приглашение в гости, если вы не против.

Я ничего не отвечаю, лишь буравлю герцога взглядом, не моргая, пока он не отворачивается.

Дейрон улыбается напоследок, а затем медленно уходит.

Я разворачиваюсь в противоположную сторону и иду по галерее, мысленно просчитывая свои дальнейшие шаги. Я должен подловить Дейрона до того момента, пока он сделает что-нибудь поганое.

Внезапно слышу за спиной лёгкие и торопливые шаги. Чья-то ладонь касается меня, останавливая.

Я резко оборачиваюсь и вижу Селию. Она стоит близко, почти вплотную, её пальцы всё ещё сжимают моё запястье.

Слишком занятый её отцом, я совсем забыл, что она была неподалёку.

— Леди Дейрон?

— Регаран, — улыбается она. — Я скучала.

Селия вдруг подаётся вперёд, встаёт на цыпочки и прижимается своими губами к моим. Её юркий язычок скользит по моему рту, оглаживая его.

Поцелуй такого толка можно было бы ждать от прожжённой придворной вдовушки, которая изголодалась по мужчине. Впрочем, герцогская дочь уже показывала свои намерения. Она их не скрывает.

Её дыхание горячее, движения настойчивые, в Селии нет ни робости, ни стеснения.

Я кладу руки на её плечи, отстраняя от себя.

— Прошлый раз я неясно выразился? — чеканю, глядя в глаза наглой девчонке.

Ни капли смущения, лишь тень обиды мелькает на красивом лице юной драконицы.

— Прости за мой порыв, — полушёпотом говорит она, доверчиво заглядывая в глаза. — Я приехала ради тебя. К тебе… я ведь обещала исправиться, помнишь?

Щёки Селии заливаются нежным розовым румянцем, будто при воспоминании о том, как она предлагала себя, она испытывает трепет, а не стыд.

— Пустая трата времени, леди Дейрон, — ледяным тоном отвечаю я, делая шаг назад.

— Я считаю, что своего счастья нужно добиваться. Любыми путями! — вздёргивает подбородок Селия, а затем вдруг добавляет: — Я слышала, что ты говорил отцу. Папа многим перешёл дорогу. Думаешь, он действует через меня, пытаясь подобраться к тебе? Это не так. Мои чувства к тебе настоящие, Регаран.

— Слушай внимательно, Селия. Если ты решила, что дерзостью и шлюшьим поведением можно добиться моего расположения, то ты ошибаешься. Я уже говорил, что ценю в женщинах послушание. А я велел тебе знать своё место.

— Я… буду послушной. Клянусь, что буду. Я не такая, как ваша бывшая жена. В отличие от леди Миравель, я великолепно воспитана и позволяю себе подобное поведение только с тобой, Регаран. Я влюбилась в тебя едва мне стукнуло восемнадцать. С тех пор ни один мужчина не интересовал меня. Ты можешь не верить мне сейчас, но я докажу, что ради тебя и нашего счастья я готова на всё. Я лучше твоей бывшей жены по всем параметрам. И никогда не опозорю тебя!

Словесный понос полный сентиментальных бредней начинает утомлять. А упоминание об измене Миры совсем выводит из равновесия.

— Иди к отцу, — коротко бросаю я, разворачиваясь.

— Регаран, — голос Селии дрожит. — Ты отталкиваешь меня из-за папы, не так ли? Я не хочу лишиться счастья из-за его политических амбиций. Поверь, я сейчас здесь с тобой вовсе не по его прихоти. Он бы не одобрил моих действий. Папа считает тебя опасным, и, хоть он и хочет нашего брака, велел мне быть осторожной и держаться на расстоянии. Сказал, что сам всё решит и договорится о нашем союзе. Но я не могу быть вдалеке от тебя, зная, что сейчас ты свободен и…

Она замолкает, тяжело дыша, в глазах стоят слёзы. Внутри шевелится нечто похожее на жалость.

Девчонка настырна и невыносима. Может быть, она правда думает, что непохожа на отца, но я вижу точную его копию. Только более импульсивную и ведомую женским началом, которое толкает её не просчитывать шаги наперёд, а бросаться в омут с головой лишь бы получить желаемое.