— Конечно, я как мудрый правитель хотел сказать вам длинную речь в духе: скрещивайтесь и размножайтесь во благо нашей великой Империи, — Эрэйн хмыкнул, поправляя манжеты камзола. — Но, глядя на вас, я понимаю, что вы и так уже всё успели. Даже без моих императорских напутствий. Кхм.
Он отвернулся, пряча широкую, абсолютно счастливую улыбку, а Виола тихо рассмеялась, подходя к нам, чтобы обнять Киру и меня.
Мы вернулись в особняк, когда первые лучи солнца уже начали золотить верхушки деревьев в саду. Но этот рассвет был иным. Тяжесть, которую я носил в груди месяцами, исчезла, сменившись вибрирующей, живой связью, которая теперь соединяла меня с Кирой.
Я чувствовал её страх, её трепет и ту бездонную нежность, которую она больше не пыталась от меня скрыть. Связь работала в обе стороны. И мы теперь могли читать друг друга, как открытую книгу.
Дом встретил нас предрассветным покоем, но как только тяжелые двери распахнулись, тишину разорвал крик:
— Кира! Папа! — Лиана и Мари, босые, в одних ночных сорочках, вихрем скатились по лестнице.
Они не спрашивали, где мы были.
Но кажется обо всем догадались. Они видели, как я держу Киру за руку, видели свет, исходящий от наших запястий, и их личики озарились таким восторгом, что у меня перехватило горло.
Чуть позади девочек стояла Рози. Она замерла, прижимая руки к груди. Я видел её замешательство: магия Киры стерла ей память, для Рози эта девушка была почти незнакомкой, случайной целительницей, которая внезапно исчезла.
Рози сделала шаг вперед, её глаза наполнились слезами. Она не помнила Киру разумом, но её душа узнали.
— Я... я не знаю почему, — пролепетала Рози, подходя ближе и робко касаясь плеча Киры, — но мне кажется, что в нашу семью наконец-то вернулось солнце. Добро пожаловать домой, милая.
Кира всхлипнула и прильнула к Рози. Две женщины стояли, обнявшись, и я видел, как Рози гладит Киру по белоснежным волосам.
* * *
Через час мы все сидели за большим столом в столовой. Рози суетились, накрывая завтрак — тот самый вишнево-малиновый пирог, который требовали девочки, уже стоял в центре, наполняя комнату сладким ароматом.
Я сидел во главе стола и просто наблюдал. Лиана что-то увлеченно рассказывала Кире, Мари пыталась рассмотреть светящийся узор на её руке, а Рози то и дело подкладывала Кире лучшие кусочки, не сводя с неё взгляда.
«Я скоро снова стану отцом», — эта мысль прошила меня насквозь, заставляя дракона внутри утробно, довольно урчать.
Четыре розы на моей руке. Лиана, Мари... и двое тех, кто сейчас только начинал свою жизнь под сердцем Киры.
Ощущение было настолько мощным, что я едва сдерживал торжествующий рык.
Я смотрел на Киру и видел в ней не просто свою женщину, а мать моих будущих сыновей или дочерей. Моя семья наконец-то была полной.
Когда завтрак закончился и девочки убежали в сад вместе с Рози, в столовой воцарилась тишина. Кира сидела, опустив голову, её пальцы нервно терзали край салфетки.
— Нортан... — тихо позвала она.
Я встал, подошел к ней и опустился на одно колено, беря её руки в свои.
— О чем ты думаешь, моя жизнь?
Она подняла на меня глаза, полные такого шока и боли, что я невольно напрягся.
— Те два цветка... Эрэйн сказал, что я жду двойню. Но, Нортан... этого не может быть. Это ошибка.
— Храм не ошибается, Кира, — мягко возразил я.
— Ты не понимаешь! — её голос сорвался на шепот. — В том подвале... мама дала мне зелье. Она… сказали прямо: я бесплодна. Я годами жила с мыслью, что у меня никогда не будет детей. Именно поэтому я так привязалась к твоим девочкам... я думала, это мой единственный шанс узнать, что такое быть матерью.
Я замер, глядя на её бледное лицо. Гнев на всех обидчиков Киры вспыхнул с новой силой — они пытались украсть у неё даже надежду на будущее. Но тут же этот гнев сменился теплом.
Я притянул её к себе, сел вместе с ней в удобное кресло, и крепко обнял, вдыхая запах её волос.
— Посмотри на свою руку, Кира, — я поднес её запястье к её же глазам. Два бутона на лозе терновника сияли ровным, неоспоримым светом. — Мать и отчим могли лгать тебе.
Я накрыл её живот своей большой ладонью, чувствуя, как внутри всё замирает от благоговения.
— Не знаю, как это вышло, — я нежно поцеловал её в висок, а затем в губы, — но я бесконечно рад. Боги дали нам это чудо. У нас будет двое детей, Кира. Я в это верю, точно так же как я верил, что мы истинные.
Она прижалась ко мне.
— Я... я буду мамой? — прошептала она, недоверчиво касаясь моей руки на своем животе.
— Самой лучшей, — ответил я, чувствуя, как мой дракон расправляет крылья, готовый закрыть это хрупкое счастье от всего мира. — Хочешь прямо сегодня найдем целителя, и все узнаем?
— Давай позовем Армуса. Я ему доверяю.
— Как скажешь, моя змейка.
* * *
Армус прибыл в особняк меньше чем через час. Мой посыльный, видимо, был настолько убедителен, что главный имперский целитель примчался с взъерошенными волосами, на ходу застегивая свой сюртук и явно ожидая увидеть кого-то при смерти.
Когда я провел его в малую гостиную, где на диване сидела Кира, он первым делом нахмурился, заметив нашу светящуюся вязь истинности, выглядывающую из-под манжет, но профессиональная этика взяла верх над любопытством.
— Жалобы? Симптомы? Ранения? — по-деловому осведомился он, с грохотом ставя и раскрывая свой саквояж на столике.
— Никаких жалоб, — я встал за спинкой дивана, по-собственнически положив руки на плечи своей жены. — Нам нужно подтверждение одного... факта. Осмотри её.
Армус кивнул, попросил Киру дать руку и прикрыл глаза, пуская по её венам тонкий, диагностический магический импульс.
Несколько минут в комнате стояла абсолютная тишина.
Я чувствовал, как напряжена Кира под моими руками, как она затаила дыхание, до побеления костяшек вцепившись в обивку дивана.
Она всё еще боялась, что Храм дал сбой, что «цветы» — лишь жестокая иллюзия.
Внезапно глаза Армуса распахнулись. Он моргнул. Потом еще раз.
— Во имя всех богов... — пробормотал он, ошарашенно уставившись на живот Киры. Затем перевел совершенно безумный взгляд на меня. — Кхм…
— Дальше, Армус, — поторопил я его, хотя дракон внутри уже ревел от восторга.
— Она беременна. Срок совсем маленький, но магический фон абсолютно четкий.
— Мы знаем, что их будет двое.
— Этого я пока не могу сказать, но…
Кира тихо, прерывисто ахнула и прикрыла лицо руками, пряча хлынувшие счастливые слезы.
Я поцеловал её в макушку, наслаждаясь моментом абсолютного триумфа.
Но реакция самого целителя оказалась весьма специфической.
Осознание ситуации настигло Армуса с небольшой задержкой.
Сначала он резко побледнел. Затем его лицо начало стремительно наливаться багровой краской, а на лбу выступила крупная испарина. Он отдернул руку от Киры, словно обжегся, и попятился назад, пока не рухнул в кресло.
— Армус? — нахмурился я. — Что с тобой? С детьми что-то не так?
— С детьми всё в идеальном порядке! — пискнул он, судорожно ослабляя воротник, потому что его внезапно бросило в жар. — А вот со мной... генерал... Бездна меня подери... Кира же ментальный маг!
Он ткнул дрожащим пальцем в сторону Киры.
— Высший ментальный маг из клана Змей! Вы хоть понимаете, что это значит?!
Мы с Кирой переглянулись. Она смущенно стерла слезы, а я пожал плечами:
— И что?
— «И что?!» — Армус подскочил, замахав руками. Его прошиб холодный пот, а голос сорвался на откровенное заикание. — Р-роды, лорд! Это б-боль! Когда м-маги такого уровня испытывают пиковую боль, их дар выходит из-под контроля! Она же снесет мне башку! Я... я не знаю, как пройдут эти роды! Я переживаю за свои собственные мозги! Она превратит меня в овощ одним случайным ментальным выбросом!
Паника целителя, выглядела одновременно и комично, и пугающе. Я обошел диван и успокаивающе похлопал его по плечу.
