Я сглотнула.
— От него пахло старостью. И тленом. Меня едва не стошнило. Я просто не могла… не могла… А потом моя мама затолкала меня в карету. Отец держал всю дорогу, чтобы я не сбежала. Муж сидел напротив и скалился.
Голос становился всё тише.
— Мы приехали в дом мужа. Родители втолкнули меня в его спальню и закрыли дверь. Меня мутило. Там ещё был его слуга.
Я провела рукой по лицу.
— Он кинул меня на кровать и держал. Я сопротивлялась. А потом… когда муж… залез на меня…
Я замолчала на мгновение.
— Я… не выдержала и закричала.
Я снова смотрела в потолок.
— А муж… он упал на меня… и не встал. Слуга тоже повалился рядом с кроватью. А я кричала. Кричала и кричала.
Мой голос стал почти шёпотом.
— На помощь никто не приходил.
Я сделала вдох.
— Пришли только утром.
Я всё так же смотрела в потолок.
— Я тогда вылезла из-под мужа и забилась в угол комнаты. Только я была жива.
Я замолчала.
— А они… нет… Родители потом забрали все имущество барона. Я ведь стала богатой вдовой.
Рассказала это — и просто смотрела в потолок. Не ожидала, что рядом вдруг появится рука.
С аккуратными ногтями. С длинными сильными пальцами. С выступающими венами. Мозолями от меча. Я схватилась за неё.
Нортан, видимо, переместился со свой стороны кровати ко мне ближе, пока я говорила.
Он сжал мою руку.
А я — его.
— Твои родители живы? — процедил Нортан.
— Да. Но наверное не рады этому… Эрэйн разобрался… с ними.
Глава 11
— Что я могу для тебя сделать? — спросил Нортан.
Я моргнула раз. Потом ещё раз. Не совсем понимая смысл его вопроса. Разве что…
— Встаньте на ноги, генерал.
— Что тебе с того, Кира? Что ты получишь за исполнение этого?
Какой же генерал догадливый. Я продолжала держать его руку. Как и он — мою. И меня даже не колотило.
Это был первый раз, когда мы вот так держались за руки. И отпускать её не хотелось.
Словно через мою пропасть, которая разверзлась где-то внутри меня, начали строить мостик. Пока ещё хлипкий. Дощечки скрипели. Канаты натягивались на ветру.
Но он был.
— Император исполнит моё желание.
— И какое оно? — осторожно поинтересовался генерал.
— Не скажу. Только ему.
— А я смогу его исполнить? Это твоё желание? Я не хочу, чтобы ты ждала так долго.
— О, вы просто меня не знаете. Долго и я не хочу, — нервно и громко рассмеялась я. — Я готовилась очень. Я столько книг изучила.
— Не всегда наши желания исполняются, как бы мы ни хотели и ни готовились к этому, — хрипло произнёс генерал.
— Вы сейчас о себе или обо мне? Если обо мне — то однажды я очень просила, чтобы появился тот, кто спасёт меня от моей семьи. И тогда пришёл Эрэйн.
— Пусть будет так. Ты права. Желания должны исполняться. Особенно если к этому долго готовиться, — в словах генерала чудилась улыбка, только вот сам он, кажется, не очень верил в свои слова.
— Что вы будете делать с документами? — вдруг спросила я.
— Подпишу.
— А почему вы не хотели сделать этого сразу?
— Потому что цеплялся за свою прошлую жизнь. За все свои якоря. Хотелось, чтобы хоть что-то было неизменно.
Я немного помолчала.
— Знаете… — я тоже решила поделиться. — Это ваша ошибка — думать, что можно вернуть прежнюю жизнь. Как раньше — не будет. Это надо принять. Будет по-другому. Но не так, как прежде.
Я посмотрела в потолок.
— Я никогда не стану другой. Не вырасту беззаботной. Никогда не вспомню своё детство без содрогания. Никогда не узнаю материнской любви и любви отца. Но я узнаю что-то другое.
Я вдохнула.
— Пусть детства у меня не было. Но будет другая жизнь. И она точно будет лучше той, что была. Нужно жить здесь и сейчас.
— Это сложно.
— Да. И я это понимаю. Если вы примете, что как прежде не будет, и просто будете раскачивать своё тело, учиться жить в новой реальности… однажды вы сможете жить дальше.
Он немного помолчал.
— Мне кажется, что тебе не двадцать. А все сорок.
— А я это прочитала в одной книге… и мне показалось, что это правильные слова.
— Ты очень умная.
Я растерялась.
Не знала, как реагировать. Меня никто не хвалил. Только… разве что Эрэйн. Но он мой брат. А тут — посторонний человек.
— Почему ты замолчала?
— Я… не знаю, что сказать. Я не умная. Я просто много читаю.
— В свои двадцать лет я хотел только бегать на балы и камерные вечеринки. И то меня больше привлекало то, что происходило после, — хрипло рассмеялся Нортан.
Я тоже улыбнулась, пытаясь это переварить.
— А что было после балов? Вы шли спать?
Нортан снова рассмеялся.
— Спать. Да.
— Не понимаю, что в этом смешного. Я когда иду спать, не всегда смеюсь. Или после бала какое-то другое настроение? — с интересом спросила я.
— Скорее… дело в компании, Кира. Скажем так… есть часть девиц, которые себе не хозяйки стоит только попробовать… хм… чего покрепче. Но ты не думай, что их заставляли. Это такой образ жизни.
— Оу…
Я наконец поняла, о чём говорил генерал и покраснела. Забрала свою руку и сложила руки на груди, сжимая флакончик.
— Я никогда не была на балу. Там красиво?
— Тебя не представляли в свете?
— Нет. Меня сразу замуж выдали.
— Ну… как сказать… на балу утомительно. Основное веселье, конечно, начинается после.
Я тоже рассмеялась.
— А вы ходок тот ещё были?
— Чего уж скрывать. Я тут лежу перед тобой как открытая книга. Есть что вспомнить.
— А жене своей вы изменяли?
— У меня на это не было времени. И… я уважал Алисию.
— Вы простите её, когда встанете на ноги?
— Кира. Ты просто не знаешь, но она уже говорила мне о расставании, когда я был на фронте. И… она встретила истинного.
— Пф, — фыркнула я.
— Что не так?
— Истинность можно заглушить и жить дальше.
— Н-да? И каким это образом? — в голосе генерала скользнуло удивление.
— А вы с какой целью интересуетесь? Если напоить Алисию и вернуть её — то не скажу.
— Какая же ты сложная, Кира. Нет. Просто интересно. Да и не буду я ей в глотку лить что-то. И все же что это за средство?
— Есть одна травница, которая приготовила специальный раствор. Это не вредно.
— Хм. А ты откуда знаешь?
— Мне Эрэйн предлагал его.
— А… зачем? — послышалось осторожное.
Я замолчала. Сжимая в руках пузырёк с лавандовым маслом и глядя в потолок.
В комнате повисла тишина.
Потом послышался скрип кровати. Я повернула голову в сторону. Нортан, опираясь на руки, приподнялся, чтобы посмотреть на меня.
В его глазах уже светилось понимание. Он просто ждал моих слов.
— У меня был истинный.
— И он допустил, чтобы с тобой всё это произошло?
— Его убил мой отчим.
Генерал шумно выпустил воздух сквозь стиснутые зубы. В его глазах всё отчётливее проступала драконья суть. Зрачки сузились. Взгляд стал жёстким.
— Зачем было убивать твоего истинного?
— Чтобы у меня не было привязанностей. Истинность — это слабость. Он был из клана Изумруда. Он мог пожалеть меня. Мог попытаться забрать меня из семьи. Тогда мать и отчим не смогли бы выдавать меня замуж.
— Давно это было?
— Между замужествами.
Нортан некоторое время молчал.
— Как ты всё это пережила, девочка?
— Я?
Мной вообще мало кто интересовался. И интерес Нортана был непривычен.
— Я плакала… — призналась я. — Знать, что существует человек, который смог бы полюбить такое чудовище, как я, было для меня тогда словно глоток свежего воздуха. Я надеялась, что он заберёт меня к себе. Что всё закончится. А потом мои надежды разбились. Когда пришёл отчим и сказал, что мой истинный сломал себе шею, упав с лошади. Тогда я потеряла надежду выбраться из той бездны. Хотя, если честно, я тогда просто билась в истерике и чуть не сошла с ума.
